Биржевые индексы
Регион SIBIR

Конфликт Ирана и Израиля не толкнул цену нефть вверх — почему, рассказал эксперт

Конфликт Ирана и Израиля не толкнул цену нефть вверх — почему, рассказал эксперт
Рынок не отреагировал на взрывы сотен ракет и беспилотников в небе над Ближним Востоком. Кто этому помешал и почему? Нарастающее противостояние Израиля и Ирана, в ходе которого Тегеран на прошлой неделе нанес массированный удар по своему сопернику ракетами и БПЛА, почти не повлияло на стоимость нефти. Неужели иранская нефть занимает столь незначительную долю на мировом рынке, что о ней никто не беспокоится? И в каком состоянии вообще сегодня находится нефтянка Исламской республики Иран (ИРИ)? Ракеты летят — цена стоит Цены на нефть Brent в течение прошлой недели находились в диапазоне от $89,4 до $90,5 за баррель. 15 апреля котировки не особо изменились, Brent — $89,4. И если на протяжении прошлой недели для роста стоимости нефти серьезных геополитических поводов на Ближнем Востоке почти не было, то воскресенье он все же был. В ночь на 14 апреля Иран объявил Израилю об «акте возмездия» и запустил по нему почти 350 разного рода снарядов, включая беспилотники, крылатые и баллистические ракеты. Атака стала ответом на удар Израиля 1 апреля по иранскому консульству в Сирии. Власти ИРИ сообщили, что атака была совершена исключительно на военные объекты Израиля, что, кстати, несколько позже подтвердили даже в Вашингтоне. Все это продолжалось почти пять часов, после чего настало затишье. В ЦАХАЛ сообщили, что сбили 99% всех атакующих объектов, а уже утром следующего дня (к 08:00 по МСК) Израиль открыл воздушное пространство и аэропорт Бен-Гурион возобновил работу. Атака не привела к массовым жертвам, но она оказалась довольно большая даже по меркам привычных конфликтов Израиля с различными исламскими группировками. Более того, это был запуск ракет с БПЛА не от какого-то вооруженного формирования, это была спланированная атака вполне конкретной армии и конкретного государства — Ирана, с военной мощью которого в регионе не всякий может потягаться. К этому стоит добавить, что и у Израиля военный потенциал имеется. Он вполне может создать проблемы Тегерану своими ракетами, скажем, в Ормузском проливе, саботируя экспорт иранской нефти. Однако в данном случае это самое «может» на практике сильно далеко от «а захочет ли». Все-таки через Ормузский пролив идет не только иранская нефть. Через него проходит ежедневно около 20 млн баррелей жидких углеводородов. Почти 75% из них — это нефть и газовый конденсат, а четверть — продукты нефтепереработки. При всем этом заменить такой маршрут нечем. Есть, конечно саудовский нефтепровод «Восток-Запад», но это лишь прокачка 5 млн б/с. Остальные объемы нефти и нефтепродуктов останутся «заперты». В Израиле прекрасно понимают, что удар по этому региону спровоцирует на мировом рынке панику и бешеный рост цен нефти. За что уж точно не скажут «спасибо» ни в Европе, ни в США, (где еще и на носу президентские выборы, а удорожания бензина в Белом доме боятся как огня). Трейдеры — и вообще весь рынок нефти в целом — это прекрасно понимают, поэтому, несмотря на завораживающие кадры сотен взрывающихся ракет в небе Ближнего Востока, цена нефти настолько лениво «шевелится». Даже аналитики Goldman Sachs отмахнулись от этого конфликта, как от бычьего фактора, сославшись на потенциальное хеджирование со стороны производителей. Потребители нефти на страже порядка! Как объяснил в комментарии для «НиК» аналитик ФНЭБ эксперт Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков, мировой рынок нефти в определенном смысле в некотором замирании. С одной стороны, было бы логично скупать фьючерсы для того чтобы цена подросла. Якобы все ждут дальнейшей эскалации и ограничения экспорта нефти ИРИ, которая составляет сейчас около 1 млн б/с… или даже вообще перекрытия Ормузского пролива, что обвалило бы предложение нефти на мировом рынке. Но есть и противовес. «Во-первых, катастрофических последствий удара Ирана, на которые Израиль гарантировано вынужден отвечать, не было. Во-вторых, само руководство ИРИ заявило, что атаковать больше не будет. Но что более важно — это позиция США, которым эскалация конфликта не нужна. У демократов на носу выборы и рост цен на нефть (и подорожание топлива в Штатах) крайне нежелательны для них. Белый дом будет всячески уговаривать Израиль не отвечать Ирану. Возможно, будут удары по „Хезболле“ в Ливане, по Сирии, по Йемену. Но это как раз рынок нефти не испугает, логистику не нарушит», — сказал эксперт. Игорь Юшков подчеркнул, что заменить иранскую нефть, в случае чего, на мировом рынке здесь и сейчас вряд ли получится. Разве что участники ОПЕК+ увеличат объем производства. Но тогда придется изменять квоты, что нарушит нынешнюю стратегию картеля. Со временем Иран заменить можно: наращивают производство Гайана, Бразилия, США и Канада. Но при этом непонятно, как быстро это получится. Особенно под вопросом рост производства в США и Канаде. «Потенциальная остановка экспорта нефти из ИРИ — это угроза роста цен до $120 за баррель. Примерно такая паника была, когда РФ только перестраивала свою логистику экспорта нефти на Восток. Сверхдорогая нефть всегда убивает спрос и приводит к инфляции в странах-импортерах, с чем начинают активно бороться Центробанки, поднимая ключевые ставки… что в итоге бьет по экономике целых регионов», — поделился мнением аналитик ФНЭБ. Что с нефтянкой Ирана? По состоянию на конец 2023-го даже в Минэнерго США (EIA) оценили добычу черного золота в Иране на уровне 3,1 млн б/с. Представитель Иранского союза экспортеров нефти, газа и нефтехимической продукции в то же время говорил о 3,4 млн б/с. Для сравнения: после очередного витка санкций Запада добыча в ИРИ уменьшилась с 3,7 млн б/с в 2010-м до 2,7 млн б/с в 2013-м; после еще одной волны рестрикций, запущенных Дональдом Трампом, добыча в Иране (к тому времени немного подросла) с 2018 по 2020 гг. упала с 3,4 млн б/с до 2 млн б/с. Если опираться на данные американского ведомства, добыча нефти в Иране в 2023 году выросла на 500 тыс. б/с. А если посмотреть на данные таможни ИРИ, то экспорт иранской нефти в денежном выражении достиг $35,8 млрд за 12 месяцев до конца марта 2024 года. Проще говоря, нефтянка Ирана сегодня чувствует себя довольно хорошо. Пусть и медленно, но продолжает рост. Даже несмотря на санкции и тот факт, что на китайском рынке — важнейшем для Тегерана — уже второй год подряд все более значимую долю занимает российская нефть. Игорь Юшков отметил, что Иран в последние годы наращивает добычу нефти. По итогам марта она оценивалась в рекордные объемы со времен введения санкций против ИРИ. Тегеран не связан квотами ОПЕК+ (освобожден от них ввиду санкций, хотя входит в саму ОПЕК), так что ему не ничего не мешает наращивать объемы. «Пока даже трудно сказать, вышел ли Иран на плато по производству черного золота. Месячные данные (хоть и оценочные) говорят о постоянном росте. Когда он остановится, сказать сейчас крайне сложно», — резюмировал эксперт. Илья Круглей